Совершенно очевидно, что в отношении Дамаска взят курс на смену руководства и дальнейшую переориентацию внешней политики этой страны. Причем нагнетанию ситуации вокруг Сирии активно способствуют СМИ.
Ни одна из западных стран не предложила Дамаску помощь в оказании какого-либо содействия для обеспечения правопорядка в стране. Безусловно, Сирия, скорее всего, не приняла бы такую помощь. Тем не менее, сам факт поступления такого предложения оказал бы положительное воздействие на процесс нормализации в стране.
Следует заметить, что поддержание правопорядка является первейшей обязанностью лидера любого государства и в этом аспекте право властей Сирии по наведению порядка в стране не может подвергаться никакому сомнению.
Однако в прессе не было ни одного положительного комментария на законные силовые действия властей Сирии по наведению порядка в стране. На текущий момент продолжающиеся протесты выглядят тем более «странно» с учетом того, что правительство объявило широкомасштабную программу реформ. В частности, в стране отменено действовавшее с 1963 года чрезвычайное положение, что было одним из основных требований оппозиции. В ближайшее время, как ожидается, будет отменено положение конституции, согласно которому правящая Партия арабского социалистического возрождения (Баас) является «руководящей и направляющей силой в обществе».
В этой связи, очевидно, что протестные выступлении «искусственно» поддерживаются и финансируются извне. Поэтому неудивительно, что сирийские власти не могут убедить западное сообщество в том, что ответственность за продолжающиеся уже почти два месяца беспорядки в стране лежит на вооруженных бандах, пользующихся поддержкой «внешних сил». Мировое сообщество попросту не желает это слышать.
Очередной мерой «давления» на Сирию стало введение США санкций против президента Сирии Башара Асада. Причем Б.Асад впервые подвергся «личным» санкциям со стороны иностранного государства.
Помимо президента, санкции распространяются на вице-президента, премьер-министра, министра внутренних дел, министра обороны, главу военной разведки и главу директората политической безопасности.
На деле эти санкции являются символическими, поскольку у Б.Асада и других сирийских официальных лиц вряд ли есть какие-либо активы в США, однако в политическом плане это явный намек на то, что теперь США всю вину за происходящее в стране возлагают лично на президента Башара Асада.
Примечательно, что практически одновременно к ранее объявленным санкциям Евросоюза, предусматривающим, в том числе, запрет на поставки оружия Сирии, присоединилась Швейцария.
То есть все идет к тому, что власти США с помощью западноевропейских «демократий» скоро признают «нелегитимным» режим правления президента Башара Асада, что полностью повторяет вариант, уже апробированный в Ливии.
Следует заметить, что западные страны нисколько «не взволновал» метод наведения порядка в Бахрейне. В этой стране 15 марта на три месяца было введено чрезвычайное положение. В середине марта в страну был введен воинский контингент Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), основу которого составили военнослужащие Саудовской Аравии (около 1 тыс. человек). С помощью местного спецназа и контингента ССАГПЗ демонстранты были разогнаны, в стране начались аресты активных участников беспорядков.
Мировое сообщество в лице верховного комиссара ООН по правам человека Нави Пиллэй ограничилось устным осуждением «чрезмерного» применения силы. Никаких санкций вслед за этим не последовало.
Из этого можно сделать вывод о том, что западные страны волнует не «демократизация» в Сирии, а устранение нынешней политической власти в этой стране, которая является стратегическим союзником России на Ближнем Востоке.
Как заявил 18 мая на пресс-конференции президент России Дмитрий Медведев, Российская Федерация не поддержит резолюцию СБ ООН, аналогичную принятой по Ливии, если таковая будет.
По его словам, «несмотря на то, что Россия изначально поддержала одну резолюцию и дала согласие на принятие другой (по Ливии), последующее развитие событий показало, что такими резолюциями можно манипулировать».
По мнению Д.Медведева, «государствам надо дать возможность самим выбирать собственный путь развития».
«Президент Сирии Башар Асад объявил реформы, надо сделать так, чтобы эти реформы были эффективными, а не пытаться давить резолюциями, потому что, как правило, это ни к чему не приводит, а их вольная интерпретация, в конечном счете, создает принципиально иную ситуацию», - подчеркнул Д.Медведев.
В наибольшей степени в смене внешнеполитических ориентиров Сирии заинтересованы США и Израиль.
Следует напомнить, что в ходе состоявшихся 12-13 мая в Москве переговоров делегации Кнессета с российскими парламентариями и представителями Минобороны РФ, израильская сторона вновь затронула вопрос по поставкам вооружений Сирии.
Об этом заявил глава комитета Кнессета по иностранным делам и обороне Шауль Мофаз.
Речь на переговорах шла о поставках ПКР «Яхонт» (в составе ПБРК «Бастин-П») в Сирию. Как заявил Ш.Мофаз, «Израиль просил пересмотреть российскую политику в данной области».
Воспользовавшись нестабильной внутриполитической ситуацией в Сирии, Израиль вновь поднял вопрос об отказе России от реализации ряда контрактов с Дамаском на поставку вооружений, в том числе по ПКР «Яхонт», который вызывает наибольшую озабоченность Тель-Авива.
Следует отметить, что ранее, даже в условиях стабильной ситуации в Сирии, данный вопрос неоднократно поднимался. Основной тезис израильской стороны тогда заключался в том, что эти системы вооружения могут попасть в руки террористических организаций.
Доводы российской стороны о том, что в контрактах с Сирией на поставки вооружений предусматривается право интрузивных проверок, то есть проверок без права отказа, на местах, где находятся эти вооружения, Тель-Авив посчитал недостаточными.
В начале сентября 2010 года Россию с официальным визитом посетил министр обороны Израиля Эхуд Барак. По итогам переговоров можно было сделать вывод о том, что Россия не уступила нажиму Израиля в отношении реализации контракта на поставку Сирии ПКР «Яхонт».
Помощник президента РФ Сергей Приходько тогда заявил, что Россия в полном объеме исполняет все ранее достигнутые договоренности в сфере военно-технического сотрудничества с Сирией.
В ходе официального визита в США в сентябре 2010 года министр обороны РФ Анатолий Сердюков заявил, что Россия выполнит контракт на поставку Дамаску ракетных комплексов со сверхзвуковыми противокорабельными ракетами П-800 «Яхонт».
По словам А.Сердюкова, контракт с Сирией был заключен еще в 2007 году. Он отметил, что не видит никаких причин для того, чтобы отказываться от этой сделки.
В октябре 2010 года в ходе вставки «Евронаваль-2010» первый заместитель генерального директора «Рособоронэкспорта» Иван Гончаренко заявил, что «Рособоронэкспорт» вовремя выполнит контракт на поставку Дамаску ПБРК «Бастион-П».
Сирия является крупнейшим импортером российского оружия на Ближнем Востоке. Значение сирийского рынка вооружений для Москвы приобретает особое значение в связи с практически полной потерей рынков Ирана и Ливии из-за санкций СБ ООН.
Компенсировать столь значительные потери России в ближневосточном регионе крайне сложно. Одним из наиболее оптимальных вариантов является расширение военно-технического сотрудничества с Сирией. Общий прогнозируемый объем перспективных контрактов с Сирией, по оценке ЦАМТО, эквивалентен по стоимости закупкам российских вооружений всеми остальными странами Ближнего Востока.
За последние 8 лет (2002-2009 гг.) по объему идентифицированного импорта российских вооружений в ближневосточном регионе Сирия занимает второе место с показателем 1,325 млрд дол (7 место среди всех стран-импортеров российских вооружений), уступая только Ирану (2,058 млрд дол, 5 место). Суммарный объем импорта российских вооружений Ираном и Сирией в 2002-2009 гг. составил почти 10 проц. от всего объема экспорта вооружений Россией. Объем контрактных обязательств РФ с Сирией на период 2010-2013 гг. ЦАМТО оценивает в 600 млн дол, а сумму перспективных контрактов – в 3-4 млрд дол.
В этой связи предпринимаемые западными странами усилия по дискредитации и устранению от власти Башара Асада напрямую затрагивают интересы России в этой стране как в сфере военно-технического сотрудничества, так и в других областях экономики.
Уход России с рынка вооружений Сирии после потери рынков Ирана и Ливии, станет невосполнимой потерей для Москвы не только в ближневосточном регионе, но и скажется на объемах экспорта вооружений России в целом.
